ИНФОРМАЦИЯ ПО КНИГЕ

Три аспекта церкви, книга 1. Значение церквиУитнесс Ли

ISBN: 978-5-487-00699-8
Печатное издание: купить в магазине

Глава: 14 стр. 55

Завеса

Человек мог войти на внешний двор, пройдя через льняные занавесы скинии. Чтобы пройти из Святилища в Святое Святых, нужно было пройти через завесу. Внешняя граница скинии состояла из льняных занавесов, а внутри скинии была завеса. Льняные занавесы образовывали разграничительную линию, и завеса внутри также образовывала разграничительную линию. Хотя скиния была разделена на три части, внутри скинии была только одна разграничительная линия. Хотя между Святилищем и внешним двором было различие, они были соединены. Различие между Святилищем и внешним двором не было абсолютным. Между ними было различие, но не было разделения. Однако разграничение между Святилищем и Святым Святых было совершенно другим. Здесь существовало не просто различие, а разделение, полное разграничение. Строго говоря, скиния была разделена на три части и имела одну разграничительную линию, завесу.

Если человек в церкви хочет продвинуться дальше и быть уже не внешним христианином, а стать внутренним христианином, он должен пройти через завесу. Прообразом внешнего христианина является тот, кто находится или на внешнем дворе, или в Святилище. Не важно, что он, согласно прообразу, делает: приносит жертвы, омывает руки и ноги, выкладывает хлеб Присутствия на столе, зажигает лампады или приносит курение на жертвеннике курения; во всём этом он является внешним христианином. Он находится внутри границ тонких белых льняных занавесов, но он не находится за завесой. Он прошёл разделительную границу между миром и церковью, но он не пересёк разграничительную линию — завесу. Он вошёл на внешний двор и даже в Святилище, но он не вошёл в Святое Святых.

В Евр. 10:20 говорится: «…завесу, то есть Свою плоть». Это — плоть, о которой говорится в Ин. 1:14. Согласно человеческому представлению, плоть — это не что-то положительное. Однако, когда Господь стал человеком, Он на самом деле стал плотью. Он был точно таким же, как мы, по внешнему виду. Змей, поднятый на шесте, по внешнему виду был точно таким же, как змеи, которые жалили народ (Числ. 21:4-9). Господь пришёл, чтобы быть человеком, став плотью. Завеса в 10-й главе Послания к евреям — это Его плоть. Поэтому слово «плоть» означает падших людей.

Завеса обозначает нашу плоть; следовательно, она обозначает нас как падших людей. Господь Иисус был безгрешным, но Он пришёл в подобии плоти греха ради нас (Рим. 8:3). Сам Господь Иисус никогда не падал и не имел греха, но мы, Его искупленные, являемся падшими и греховными. Он не был плотским, а мы плотские. Разграничительной линией в этом стихе является наше падшее существо. Разграничением между Святилищем и Святым Святых является завеса, падший человек, плоть. Это разграничение не такое же, как белые льняные занавесы, висящие вдоль внешней границы скинии. Разграничительная линия из белого льна указывает на различие между праведностью и неправедностью, чистотой и нечистотой, тьмой и светом и тонкостью и грубостью. Однако, когда речь идёт о завесе, главный вопрос заключается в том, разорвана ли она, рассечён ли человек из плоти.

Мы не должны понимать 10-ю главу Послания к евреям слишком объективно. Разорванная завеса, действительно, обозначает то, что Господь Иисус был рассечён на кресте и устранил преграду между Богом и человеком, но этот взгляд слишком объективный. Мы должны задать себе вопрос: «Он был рассечён, а что можно сказать о нас? Господь был рассечён на кресте, а были ли рассечены мы?» Это означает, что между нами и Богом по-прежнему существует завеса. В действительности завесой являемся мы сами. Возможно, мы спасены, и у нас есть чистое и тонкое выражение, но завеса нашей плоти остаётся целой и неразорванной. Когда речь идёт о завесе, важно не то, добрые мы или злые, греховные или мирские; важно другое: завеса должна быть разорвана. Завеса, разграничившая Святилище и Святое Святых, не являлась чем-то порочным. Она не была связана с добром или злом. Эта завеса, служившая прообразом плоти Христа, должна была быть разорвана, чтобы устранить разделение между Богом и человеком.

В Эф. 2:14 говорится, что Он разрушил стоявшую посреди стену разделения. Под этой стеной разделения подразумевается стена между иудеями и язычниками; она была разрушена крестом. Если мы прочитаем контекст этого стиха, мы увидим, что стена разделения указывает на закон заповедей в предписаниях (ст. 14-16). Предписания в законе говорят, что иудеи не могут иметь никаких дел с язычниками. Однако эта стена разделения между иудеями и язычниками была упразднена крестом. Основа стены — это плоть человека (ст. 15). Закон — это стена, а плоть — это основа стены. Стена закона построена на основе плоти. Без основы не может быть стены, поэтому, если бы не было плоти, проблемы закона не существовало бы. Крест уже упразднил основу закона — плоть, поэтому стена, которой является закон, естественным образом была упразднена.

Сегодня в нашем переживании стена разделения между нами и Богом не была разрушена, поэтому остаётся стена разделения между нами и другими людьми. Это связано не с грехом или миром, а с нашим «я». Братья и сёстры, которые живут в домах соработников, делят комнату с двумя-тремя другими людьми. На первый взгляд у них нет никаких мнений или различий и поэтому они не спорят, но внутри существует стена разделения, мешающая им досконально общаться и глубже знать друг друга. Отсюда следует, что мы сами являемся завесой между нами и Богом и между нами и другими святыми. От Бога нас отделяет не грех и не мир — мы сами являемся отделяющим фактором. Мы не можем досконально общаться с братьями и сёстрами и, следовательно, глубже знать их из-за того, кем мы являемся в самом своём существе. Мы являемся завесой, стеной разделения.

Разграничение в виде льняных занавесов связано с вопросом о том, является ли наше поведение чистым и белым. Разграничительная линия между церковью и мирскими людьми указывает на то, что мирские люди являются нечистыми, а церковь — чистой и белой. Речь идёт о противопоставлении праведности и неправедности, что связано с поведением. Праведность — это Божье действие. Это — первая линия разделения. Однако разграничение в виде завесы, второе разграничение, связано не с поведением, а с природой. Выражаясь языком Писания, она должна быть разорвана. Если завеса разорвана, человек может пройти завесу и оказаться по другую её сторону. Если завеса не разорвана, человек остаётся с внешней стороны завесы. Когда речь идёт о льняных занавесах, вопрос стоит о том, праведные мы или неправедные; когда речь идёт о завесе, вопрос стоит о том, святые мы или несвятые. Святость — это природа Бога, то есть Сам Бог. Праведность связана с поведением, а святость связана с природой.

Праведность связана с Божьей рукой, а любовь связана с Божьим сердцем; святость — это просто Сам Бог. Линия, разграничивающая церковь и мир, — это праведность церкви. Мир неправедный и грязный; церковь же праведная, чистая и белая. Это указывает на житие и поведение, и это не связано с внутренней природой. Возможно, мы не смотрим фильмы, не ходим на танцы, не проводим досуг так, как мирские люди, и у нас нет мирских хобби, не говоря уже о явных грехах. Тем не менее мы по-прежнему живём в своём «я». В глазах мирских людей мы чистые и белые. Мы не можем отрицать, что это результат работы Духа Божьего внутри нас; тем не менее мы остаёмся целыми. Мы пересекли первую разграничительную линию, но существует ещё одно разграничение, которое не даёт нам прийти к Богу. Этим разграничением является не мир и не грех — это наше «я». Нас нельзя назвать растленными или нечистыми людьми; мы искупленные и сладостные люди. Тем не менее даже искупленный и сладостный человек может быть отделён от Бога.

Хотя завеса обозначает плоть, в которую облёкся Господь Иисус, она была сделана не из козьей шерсти. Она была точно такой же, как первый слой покрова скинии; она была сделана из нитей голубой, пурпурной и багряной пряжи и тонкого кручёного льна, на котором были вышиты херувимы (Исх. 36:35). То, что эта завеса была разорвана, означает, что сокрушён и рассечён был хороший человек, человек, имеющий славу Божью. Если бы завеса была сделана из козьей шерсти, материала второго слоя покрова, это означало бы, что рассечён был падший и растленный грешник, находившийся под Божьим осуждением.

Те, кто спасён Богом, в глазах других людей являются чистыми и белыми. Мы даже можем признать, что мы хорошие люди. Однако то, чем мы являемся, будучи хорошими людьми, по-прежнему отделяет нас от Бога. Следовательно, тварь должна быть сокрушена. Не падшая, грешащая тварь должна быть сокрушена, а тварь, которая выражает Бога. Херувимы, с одной стороны, обозначают Божью славу, а с другой — они обозначают Божьих тварей. Слава Божья поддерживается тварями, херувимами. Даже такие твари, как херувимы, должны быть сокрушены. Тварь, которая должна быть сокрушена, — это не греховная тварь, которая даёт волю своему раздражению, а тварь, которая выражает Бога.

В первой части Послания к римлянам говорится о праведности. Главы с 1-й по 5-ю связаны с поведением. В 1-й главе описаны всевозможные виды загрязнения. Первую главу Послания к римлянам можно сравнить с человеком, одетым в одежду, взятую из мусорного бака, человеком, покрытым грязью. В 3-й главе появляется кровь, а в 4-й главе человек получает оправдание. В первой части 5-й главы мы видим человека, одетого в чистую, белую одежду без какого бы то ни было осквернения. Он может стоять перед Богом, и он соответствует Божьему праведному закону; он может стоять перед великим белым престолом и соответствовать цвету престола. В 5-й главе человек является чистым и белым; он примирён с Богом и имеет мир с Богом. Праведность удовлетворена, и это образует белую границу. Каждый, кто прошёл от 1-й главы до 5-й, находится внутри белой границы и в церкви. Каждый, кто остаётся в 1-й главе, находится снаружи белой границы. В главах с 1-й по 5-ю Послания к римлянам говорится о вхождении за первую границу церкви.

Вторая часть Послания к римлянам говорит об освящении. Начиная с 5-й главы всё внимание сосредотачивается на нашей природе. В 8-й главе говорится о сообразовании с образом Его Сына (ст. 29). Прежде чем говорить об образе, в начале 8-й главы говорится о духе. Мы должны жить в духе, а не в себе и не в плоти. Это связано с переменой природы, а не поведения. Вопрос поведения был решён до 5:12. Сейчас должна быть произведена работа над нашей природой, и она должна измениться. Это означает, что одной перемены одежды недостаточно. У нас должна произойти перемена во внутреннем источнике. Нам необходима внутренняя перемена от плоти к духу и от человека к Богу.

Во второй части 8-й главы упоминается образ. У человека может быть чистое, белое поведение, но он может быть лишён образа Божьего. Следовательно, вопрос стоит не только о том, что мы должны быть чистыми и белыми, но и о том, что мы должны иметь подобие Бога. Откуда исходит наша чистота: от нас самих или от Бога, живущего в нас? Разница здесь огромная. Затем, в 12-й главе, показано Тело; здесь речь идёт не о поведении, а об увеличении. Это — Христос, который увеличивается в нас. Наше поведение не может произвести церковь; её может произвести только увеличение Христа.

Вопрос о том, праведна ли церковь, связан лишь с тем, как её рассматривают мирские люди; он не связан напрямую с Божьим жилищем. Другими словами, Божье жилище не находится непосредственно за занавесами из тонкого белого льна. Занавесы представляют собой лишь разграничительную линию. Жилище, в котором Бог и человек могут соединиться вместе, есть только в Святом Святых. Белые льняные занавесы связаны с поведением, а разграничение между Святилищем и Святым Святых связано с природой, которая связана с нашим союзом с Богом и Божьим присутствием. Святилище и Святое Святых святы потому, что в них есть присутствие Бога. Если мы хотим войти в Бога, в Его присутствие, мы как завеса должны быть разорваны.

Под этой завесой подразумеваются не какие-то вещи и дела вне нас; под ней понимается только наше сотворённое и искупленное существо. Мы, сотворённые и искупленные люди, являемся завесой, которая должна быть разорвана. Такой разрыв позволяет нам узнать Божье присутствие, соединиться с Богом воедино. Такой разрыв позволяет нам быть в Божьей святости, в Самом Боге, а не просто в сфере Божьей праведности. Это решительное разграничение. К сожалению, лишь не многие в церкви являются такими людьми и уделяют внимание этому моменту. Многие уделяют внимание первой разграничительной линии, но практически никто не обращает внимания на второе разграничение. На это мало кто обращает внимание, и, более того, в отношении этого очень мало света. О первой разграничительной линии у занавес из белого льна сделано много сообщений, но очень не многие говорят о завесе, второй разграничительной линии.

Мы являемся завесой. Мы являемся разграничением. Говоря «мы», мы имеем в виду сотворённых и искупленных, а не падших и не искупленных. Мы, сотворённые и искупленные люди, являемся завесой между нами и Богом. Возможно, мы хорошие, но мы по-прежнему находимся вне того места, где есть Божье лицо; мы хорошие, но мы по-прежнему отделены от Бога; мы хорошие, но мы по-прежнему не слиты с Богом. Мы являемся завесой, и эта завеса должна быть разорвана.

В церкви встречаются такие люди, хотя их и немного. Если мы посмотрим на соотношение размеров частей скинии, мы поймём, что внешний двор был довольно большим. На нём могло поместиться много людей. Далее, Святилище было в два раза больше Святого Святых. Размер Святилища был двадцать на десять локтей, а размер Святого Святых был десять на десять локтей. Двадцать локтей — это десять локтей, умноженные на два. Это означает, что в Святом Святых находятся совсем не многие, в Святилище людей больше, а на внешнем дворе их очень много. Находящиеся в Святом Святых сокрушены в своей природной жизни. Они сокрушены перед Богом. В церкви таких людей немного. Однако эта группа людей может касаться Божьего присутствия.

Ветхий Завет показывает, что всеми действиями в Святилище и всей деятельностью на внешнем дворе управляло Святое Святых. Когда состояние Святого Святых было надлежащим, действия в Святилище и деятельность на внешнем дворе также были надлежащими. Когда состояние Святого Святых было хотя бы немного ненормальным, это влияло и на состояние Святилища и внешнего двора. То же самое происходит в церкви. Если хотя бы один из нас или некоторые из нас находятся в Святом Святых, наша внешняя деятельность будет надлежащей; но если никто из нас не входит в Святое Святых, состояние Святого Святых жалкое и вся наша внешняя деятельность сталкивается с трудностями. Всей деятельностью на внешнем дворе управляло Святилище, а всеми действиями в Святилище управляло Святое Святых.

Если в церкви нет почти никого, кто бы жил в Святом Святых, внешняя деятельность церкви будет сталкиваться с трудностями. Деятельность церкви зависит от состояния находящихся в Святом Святых. Если некоторые будут в этом состоянии, внешняя деятельность будет надлежащей; в противном случае внешняя деятельность будет ненадлежащей. Святое Святых — это ядро, центр церкви. У персика есть косточка, и внутри косточки находится ядро. Жизнь персика содержится в ядре. Подобным образом жизнь церкви содержится в Святом Святых. Если в церкви никто не живёт в Святом Святых, жизнь церкви и внешняя деятельность церкви будут сталкиваться с трудностями.

Чтобы войти в Святое Святых, человек должен пересечь две разграничительные линии. Если он пересекает только первую линию, он по-прежнему является внешним человеком. Он может считаться внутренним человеком, внутренним христианином, только после того как он пересечёт вторую линию. Чтобы покинуть внешний двор и войти в Святое Святых, мы должны пройти через Святилище. Святилище не является чем-то внутренним, потому что предметы в нём открыты и видимы, поэтому они по-прежнему являются внешними. Только когда мы входим в Святое Святых, все предметы становятся скрытыми и невидимыми; это нечто глубокое и внутреннее.

Таким образом, существуют две разграничительные линии. Одна разграничительная линия находится между Святилищем и внешним двором, но она не так важна. Хотя между Святилищем и внешним двором есть различие, оно не такое значительное. Однако между Святилищем и Святым Святых есть строгое, непроницаемое разграничение — завеса. Один человек не увидел, что Христос является его жизнью, и поэтому остаётся в себе. А другой увидел, что Христос является его жизнью, и тоже остаётся в себе. Один человек, остающийся в себе, думает, что молиться — это нечто скучное и пресное. А другой человек, остающийся в себе, молится живо и сильно. Это происходит потому, что он ещё не покинул место перед завесой и не перешёл за завесу. Его существо образует разграничение, которое ещё не было сокрушено. Его разграничение — это не что иное, как он сам.

Вошедшие через тонкие белые льняные занавесы находятся в скинии и отделены от находящихся вне скинии. Однако в скинии есть ещё одна разграничительная линия — завеса. Только находящиеся за завесой живут в Боге. Все в церкви должны выражать тонкий белый лён и находиться внутри белых занавесов, сделанных из тонкого кручёного льна. Однако некоторые из этих людей находятся за завесой, а другие остаются снаружи. Число находящихся снаружи завесы велико, а число находящихся за завесой мало. Повернуться от жизни неверующего человека и стать верующим — значит пересечь разграничительную линию из тонких белых занавесов; повернуться от внешнего человека к внутреннему человеку — значит пересечь другое разграничение — завесу. Мы изучаем эти прообразы для того, чтобы эта картина произвела на нас глубокое впечатление. Наше намерение состоит не просто в том, чтобы истолковать Библию; напротив, мы просим Господа открыть нам глаза, чтобы мы увидели церковь и духовные границы в церкви и могли двигаться вперёд.

Пусть Господь смилуется над нами, чтобы некоторые из нас вошли в Святое Святых. В этом вопросе мы не можем помочь друг другу. Никто, кроме Бога, не может привести нас в Святое Святых. Завеса не разорвётся сама или при помощи других. Нам нужно увидеть, что завеса разорвалась сверху донизу надвое; это показывает, что она была разорвана Богом (Мф. 27:51). Мы не можем сокрушить друг друга. Чем больше мы пытаемся сокрушить друг друга, тем крепче мы становимся. Часто, когда мы пытаемся принять меры в отношении какого-то брата, он лишь становится крепче. У нас нет никакой возможности сделать других духовными, а у них нет возможности сделать нас духовными. Это может сделать только Бог.

Однажды Бог придёт, чтобы разрушить нас, как Он разрушил Иова. Иов был замечательной завесой. Завеса была сделана из тонкого белого льна, и ей были присущи небесный цвет и искупленное, царственное и благородное состояние. Таким человеком был Иов. Но однажды Бог пришёл, чтобы разорвать эту завесу надвое. После того как Бог совершил это, Иов смог сказать: «Я слышал о Тебе слухом уха; теперь же мои глаза видят Тебя» (Иов. 42:5). Именно тогда Иов вошёл в Святое Святых, где он увидел Бога и наслаждался Его присутствием. Это было совершено Богом без чьей-либо помощи. Господь осуществит такую работу в нас ради Его церкви. От нас требуется позволить Ему осуществить Свою работу.

Божья «разрывающая» работа может быть осуществлена только в таком человеке, как Иов. Бог не станет осуществлять эту работу в тех, кто не любит Его, в тех, кто любит мир и действует необузданно. Бог осуществляет «разрывающую» работу только в таких людях, как Иов. Мы должны увидеть, что число людей среди нас, которые входят в Святое Святых, — это число тех, кто был разорван. Жизнь и деятельность церкви полностью зависит от этого. Если в Святом Святых кто-то есть, внешняя деятельность будет надлежащей. Но если в Святом Святых никого нет, то внешняя деятельность столкнётся с трудностями.

Скиния представляет ясную картину церкви; мы, однако, не утверждаем, что увидели её во всей полноте. Мы просто обходим Сион и проходим вокруг него, считая его башни (Пс. 48:12). Я верю, что Святой Дух даст нам больше света, чтобы мы ясно увидели церковь. Когда мы будем двигаться вперёд и расти в жизни, свет придёт и будет сиять на нас.


Примечание: Мы просим не копировать, не загружать и не переиздавать материалы этого сайта ни электронными, ни какими-либо другими средствами. Авторские права на все материалы принадлежат «Коллектору библейской книги» и Living Stream Ministry. Мы надеемся, что все наши посетители отнесутся к этой просьбе с уважением.
* Мы будем признательны вам, если вы сообщите нам об ошибке или опечатке в тексте. Для этого достаточно выделить нужный фрагмент и нажать сочетание клавиш Ctrl+Enter

Загрузка этого материала, даже для личного пользования, запрещается.
Ваш IP адрес: 34.236.191.0 [01:38:56, 21 мая 2024]